Работа на Чернобыльской АЭС забрала здоровье Николая Мартынова.
После окончания Днепропетровского горного института Николай Мартынов с головой окунулся в работу на шахте. Ему нравилась совершенно особая атмосфера человеческих взаимоотношений между шахтерами, которую не встретишь больше нигде. Работал на добычном участке, набираясь опыта и проникаясь тем шахтерским духом, который не позволял отлынивать от работы и давал ощутить чувство локтя.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Молодой, энергичный, блестящий эрудит - он быстро завоевал уважение своим отношением к труду и людям. Жизнь казалась прекрасной и, совершенно неожиданно для него, в декабре 1984 года пришла повестка из военкомата. Было ему 27 лет и, чего греха таить, он уже думал, что в армию его не призовут. Но так как в институте была военная кафедра, ему было присвоено воинское звание лейтенанта. В этом звании он и отправился командовать танковым взводом в знаменитую 25-ю Чапаевскую дивизию.

Шахтерская выучка помогла в Чернобыле

За умелое командование и отличную боевую подготовку личного состава ему было досрочно присвоено воинское звание старшего лейтенанта. Находясь на учениях в Черниговской области, узнал об аварии на ЧАЭС. Армия - есть армия. Командир части приказал 15 мая 1986 года отбыть в запасной район и сформировать роту из приписного состава, в просторечии именуемую партизанами.

Прямых разговоров о том, для каких целей идет формирование не было. Хотя и догадывались - отправят на ликвидацию аварии на ЧАЭС. Так и вышло. В конце мая получили приказ: маршрут следования - ЧАЭС!!! Часть следовала единой, огромной, растянувшейся автоколонной. Прибыв к месту дислокации, приступили к оборудованию палаточного городка, где и проживали три долгих летних месяца. Командовал 9-й ротой, а все бывшие военнослужащие знают, что это ударное подразделение командира части.

С 1-го июня начались выезды почти на все виды работ в различные зоны и на территорию станции. Вот здесь в полной мере сказалась шахтерская выучка - работать, невзирая на трудности и опасности. А ведь приходилось принимать участие в выполнении различных видов работ, в том числе и особо опасных, таких как - очистка крыши энергоблока, уборка территории непосредственно у энергоблока, дезактивация различных цехов (насосный, электроцех и т.д.) и помещений станции (АБК-2, складские помещения, диспетчерская и т.п.).

Несколько раз доводилось попадать под очередные выбросы реактора, тогда все прятались в бункере. Работы на самой станции чередовались с работами по прокладке просеки через знаменитый "рыжий лес", возводили сигнальное ограждение (прототип пограничного) вокруг 30-ти километровой зоны и вокруг "мертвого" города Припять. Также выполняли работы по дезактивации населенных пунктов (жилые дома, детские сады, больницы, школы и т.д.), где проживали люди.

Три операции и инвалидность

Постоянный стресс, радиационное облучение ухудшили здоровье. Попал в госпиталь. Вскоре молодой организм вроде бы справился с недугом, и состояние здоровья улучшилось (не знал лейтенант, сколько потом ему доведется пролежать в больницах и что еще пережить). Вернулся в часть, и снова работа по ликвидации аварии на ЧАЭС. Рота под его командованием успешно справлялась со всеми полученными заданиями. За что он был неоднократно награжден грамотами и ценными подарками командования части и администрации ЧАЭС.

До сих пор, как дорогую память о том времени, он хранит уже пожелтевшие Почетные грамоты. После демобилизации вернулся домой в Павлоград на родную шахту "Самарскую", где проработал на разных руководящих должностях до выхода на пенсию.

Работа на ЧАЭС оставила о себе память не только как о братстве, подвиге, взаимовыручке, но и сказалась на здоровье. Вот тут-то Николай часто вспоминал госпиталь, в котором так и не долечился. Три перенесенных сложных онкологических операции, и как результат - инвалидность. Но, не смотря на это, Николай ведет активную жизнь. В этом помогает общение и совместная работа с коллегами в "Союзе Чернобыль" Павлограда.

За свою трудовую жизнь стал полным кавалером Знака "Шахтерская Слава". Награжден государственными наградами, наградами ВГО "Союз Чернобыль Украины", а также Православным Орденом Преподобного Агапита Печерского.

Заканчивая рассказ о Николае Мартынове, хочу сказать, что это типичная судьба ликвидатора - работа на ЧАЭС, болезни, инвалидность, хождение по чиновникам в мучительно постыдных попытках объяснить - "Я был там!". Но есть отличие: если большинство работавших на станции не подозревали о последствиях, (ну, не любили тогдашние коммунистические правители рассказывать об этом), то Николай был прекрасно осведомлен и работал, понимая, что это нужно для спасения людей.

P.S.

Тревожит ситуация, которая сложилась в настоящее время, через 23 года после аварии на ЧАЭС. Сейчас многие из молодого поколения не могут сказать, когда была Великая Отечественная война, и кто с кем воевал, не могут ничего сказать об аварии на ЧАЭС. Для того и пишу, пока живы последние ликвидаторы - люди должны знать и помнить, что в 1986 году чернобыльцы положили на алтарь Отечества свое здоровье, а многие и жизни, для того чтобы жило нынешнее поколение!

 

источник: pv-gazeta.dp.ua